Горхонский листок

13:11 

Мария

девушка из Хребтовки
Автор: (Намира)
Персонажи: Мария, Виктор Каины, Стах Рубин
Жанр: драма
Рейтинг: PG
Размер: драббл
Статус: закончен
Дисклеймер: Все права на мир и персонажей принадлежат Ice-Pick Lodge.
Аннотация: Марии приходится принять непростое решение от имени Каиных.
Размещение: Только с разрешения автора.
Ссылка на оригинал: проследовать на фикбук.

- Дочь.

Мария опустила смычок, и пронзительный, отчаянный плач скрипки прервался на высокой ноте, оставив болезненную тишину. "В память о Симоне", часть первая, фа-минор. Как-то так это должно называться. Но однако ж...

- Отец? - в последнее время Каины общались между собой резкими, односложными фразами. Просто физически больно было много говорить, выплескивая словами горе, охватившее семью. Каждый возвёл свою личную "стену плача" и не впускал за её пределы остальных.

- Доктор Рубин пришел, - устало потерев переносицу, сообщил Виктор. - Он говорит, что использовал кровь Симона для создания вакцины. И пришёл с повинной. Дочь, мы с Георгием не можем...

- Я поняла, отец.

Мельком взглянула в зеркало, поправила выбившуюся из-под заколок прядь. Спрятала скрипку в футляр и с долей сожаления убрала на полку - игра хоть ненадолго позволяла раствориться, не вспоминать, не думать...

Но однако ж...

- У тебя? - дождалась утвердительного кивка. - Я приду.

Виктор с видимым облегчением покинул "детский". А Мария вскинула руки к вискам, вздрогнув от нахлынувших образов.

Три бутылочки цветного стекла на столе. Чьё-то радостное восклицание.

Живое сердце сокращается на подставке под микроскопом.

Скальпель чертит на бледной коже линию за линией.

...картинки начали мелькать, словно в калейдоскопе: тёмный дом в Кожевенном, кровь на полу, свисающая с потолка петля, окровавленные лезвия, плесень на стенах, измазанные бурой слизью руки, фоном - глухое отчаяние, вина, вина, застилающая сознание безысходность...

И протяжная, тоскливая нота - прошивающая всё насквозь кривой иглой опытной портнихи - смерть.

"Ну уж нет."

Под подошвами приминается сухая трава. Мария бежит от "детского" к "приемному", запахнув наскоро наброшенную кофту.

- Отец, я!..

С порога - взгляд, глаза в глаза. Первая же мысль: "Как раненый зверь" - и всё большее убеждение в этом, когда Мария смотрит на понурую фигуру Стаха Рубина, пришедшего на справедливый суд Каиных.

Отец чуть кашляет, привлекая к себе внимание Марии:

- Дочь, скажи нам слово Хозяйки: приговаривают ли Каины к смерти того, кто уничтожил нашего Симона?
Ни слова о том, ради чего уничтожил-то. Ни слова о том, что убийцы обычно не идут на верную смерть так покорно. Ни слова о том, что...

"Пытаетесь меня выдвинуть в Инквизиторы? Спасибо, тёти Лилич на нашу семью хватит. Пытаетесь переложить на меня решение? Я решу. Вы увидите".

- Отец...

Виктор приподнимается в кресле, безотчётно комкая в руках какие-то бумаги.

- Дядя...

Георгий ещё ниже наклоняется над открытой книгой, слепо глядя на страницы.

- Доктор Рубин...

Затравленный и покорный любому приговору взгляд.

Захотелось накричать, отхлестать каждого из троих по щекам и заставить делать - хоть что-нибудь. Вытащить из накрывшей душу апатии.

- Я говорю от имени Каиных. Станислав Рубин невиновен.

В других обстоятельствах она бы прыснула, не сдержавшись, от вида трёх пар изумлённо округлившихся глаз. Но сейчас просто расправила плечи и с вызовом оглядела собравшихся.

- Стах, ступай домой, - вот так, на "ты", без всяких церемоний и взаимных представлений.

Тот, казалось, поник ещё больше, и поплёлся к выходу.

Нагнала в Узлах. Схватила за плечо с наскока, развернула к себе. Исполнила бьющееся в кончиках пальцев желание - с силой, наотмашь, по щеке, аж у самой в ушах зазвенело.

- Не смей! Слышишь? Не смей ничего с собой делать! Тоже мне, стадо покорных агнцев! - вне себя от ярости, вздрагивая от непрерывно мелькающих перед внутренним взором видений, прокричала она.

Схватила за руку и потащила - откуда силы взялись - за собой. Обратно. В "Горны".

- Не позволю. Не - позволю - делать - глупости. Запомни.

День обещал быть очень трудным.


...Вечером она то и дело закрывала глаза, нащупывая невидимую и тонкую пока ниточку, проверяя - всё ли в порядке? От смиренников, чьи головы забиты Клариными россказнями, можно ожидать чего угодно.

Но и вечером, и ночью, и наутро всё было в порядке. И ощущение было, словно от мутного, но спокойного моря.

И нельзя сказать, что окунаться в это море было так уж неприятно.

@темы: фанфики

URL
   

главная